Елена Тонская, Пало Алто
Ветеран, Ноябрь 1998

Живем взахлеб, живем вовсю,
Не зная, где поставим точку...
Д. Самойлов

24 декабря жителю Пало-Алто, что в районе Залива Сан-Франциско, Елизару Симоновичу Рабиновичу исполнится 100 лет. В этот день старейшину, чья жизнь для всех нас пример достойный подражания, поздравят и товарищи по Ассоциации ветеранов войны города. Совсем недавно, во время вручения ему медали Жукова, Елизар Симонович, обращаясь к сидящим в зале братьям по оружию, пожелал им, не без юмора намекая на свой возраст: "Догоняйте меня!", чем вызвал смех и оживление в зале.

И такой он во всем - жизнелюб, не склонный к унынию и апатии, не сгибающийся под грузом лет и болезней. Наперекор общепринятым представлениям о старости ровесник века, солдат двух войн - гражданской и Второй мировой - полон интереса к окружающему, не чужд никаким человеческим радостям, живыми нитями связан со всем многочисленным семейством своим и ясностью ума, феноменальной памятью поражает всех, кто видит его впервые. Еще год назад, например, он в день своего рождения прочитал в синагоге отрывок из Торы, тот самый, что читал в 13 лет, в незабвенные юные годы на своей бармицве.

На снимке вы видите его с сыном Исаком - инвалидом войны, членом Ассоциации ветеранов Сан-Франциско. Не так уж часто случалось, чтобу отцу и сыну довелось служить в одном батальоне. А встреча произошла в 43-й гвардейской стрелковой дивизии во время боев под Старой Руссой.

Рабинович-старший в то время после госпиталя был направлен в 121-й батальон старшиной санитарного взвода. Волею судьбы именно ему выпало оказать первую помощь тяжелораненому сыну - вытащить его с поля боя, перевязать, отправить в тыл. Такое не забывается. Так что их связывает не только кровное родство, но и фронтовое.

Мне удалось взять короткие интервью у обоих. Елизар Рабинович, по-деловому поинтересовавшись, нужно ли рассказывать о своей жизни во всех подробностях, на удивление сжато и собранно вместил в несколько фраз вехи большого пути длиной в век.

Родом я из Курляндской губернии (так в царской России называлась провинция Латвии). Учился в хедере, а потом в еврейской школе. Знаю несколько языков - немецкий, латышский, идиш, немного иврит и, конечно, русский. Дважды в жизни довелось бежать со всей семьей из Латвии в Россию - в империалистическую войну и спустя десятилетия - во время гитлеровского нашествия. В гражданскую был мобилизован на борьбу с Врангелем

В 1921 году я вернулся в Латвию. Женился, открыл свой бизнес. Дети пошли, четверых воспитал и вывел в люди. А когда война докатилась до границ Латвии, пришлось опять покидать родные места... На фронт пошел добровольцем, а мне в ту пору уже перевалило за сорок. Сперва, до ранения, автоматчиком был. Защищал Москву, имел медаль за оборону столицы. Кончил войну в Курляндии, где гитлеровские войска попали в котел. В октябре 1944 года на далекой окраине Риги был ранен вторично.

Что еще рассказать о себе?

Цветет посаженный мною сад: семейное древо пустило новые ветви - семь внуков, десять правнуков продолжают нашу династию. И в США, и в Израиле.

- И всех их, - сказал мне с гордостью за отца сын Исаак, - знает поименно, помнит дни рождения каждого. Живая хронология.

Зеленеют вокруг Пало-Алто освещенные солнцем прекрасные холмы. В соседнем Стенфордском университете звучат молодые голоса. И старый человек, переживший все драмы и трагедии эпохи, радуется миру и покою вокруг. Жизнь продолжается. А года? Стоит ли их считать? Лучше поднять за него бокал славного калифорнийского вина. Ваше здоровье, Елизар Симонович!